документы
документы
комментарии
архив
о создании Комитетанаписать письмо
Международная судебная реформа
Хьюман Райтс Уотч
Международная Амнистия
Комитет по защите журналистов
Московский либертариум
Индекс цензуры
Права человека в Росии

ТО, ЧТО МОГ, НО НЕ СДЕЛАЛ ВИТАЛИЙ МАШКОВ

Когда уполномоченный по правам человека Свердловской области Виталий Машков публично заявляет, что он не имеет ни возможности, ни желания заниматься проблемами выплат заработной платы, пенсий и детских пособий, то это вызывает по меньшей мере недоумение. Хотя бы потому, что никто перед ним такие задачи не ставит и не ставил даже тогда, когда областные депутаты утверждали его на эту высокую должность. А если кто-то и ставил, то только в связке с решениями более острых, более застарелых проблем и более существенных для общества правозащитных задач.

Впрочем, сам Виталий Владимирович понимает термин "права человека", мягко говоря, своеобразно. Не так давно после одного из заседаний Думы, где рассматривались итоги его работы, он заявил, что "пора ставить вопрос о защите прав человека от... СМИ".

Нечто подобное я слышал из уст одного начальника райотдела милиции, к которому мы пришли с требованием прекратить систематические издевательства и избиения людей во время задержания: "А почему вы не выступаете против, когда "права человека" нарушают преступники?" Поясняю почему.

Когда на коммунальной кухне один сосед расквасил нос другому соседу, то это может быть предметом административного или уголовного, а в дальнейшем, возможно, и судебного разбирательства. Во всяком случае, пока такой конфликт имеет хоть какие-то шансы разрешиться в милиции, суде или ином государственном органе, здесь нет совершенно никакой необходимости вмешиваться правозащитникам или тем, кто себя к ним причисляет. Иное дело, когда та же милиция, суд, прокуратура, т.е. государственный орган, под тем или иным предлогом отказываются принимать участие в подобном конфликте, оказываются неспособными выполнять свои прямые функции, свои непосредственные обязанности. Вот здесь-то и возникает необходимость правозащитников вмешаться и требовать соблюдения прав человека, поскольку любая правозащитная проблема - это прежде всего проблема соблюдения государством собственных обязательств перед своими гражданами. Более того, когда у рядовых граждан и правозащитников нет реальной возможности заставить государство соблюдать свои же собственные законы (т.е. у них нет никаких рычагов воздействия на власть и нет возможности, особенно в условиях нынешнего положения прессы, привлечь общественное мнение на свою сторону), то именно тогда правозащитная проблема может стать проблемой международной, поскольку у любого государства (во всяком случае у государства, подписавшего соответствующие международные документы и соглашения) есть обязательства соблюдать права человека перед своими международными партнерами, а не только перед собственными гражданами.

Таким образом, готовность правозащитников обратиться с заявлениями или исками в международные правозащитные организации и суды - это право и подчас последняя возможность защитить чьи-то права, а вовсе не экстремистская угроза,- как это почему-то расценивает уполномоченный по правам человека Свердловской области Виталий Машков.

Неудивительно, что, повинуясь своей многолетней привычке и следуя своему шестилетнему опыту работы на посту полномочного представителя Президента России в Свердловской области, Виталий Владимирович стал делать то, что умел делать лучше всего - создавать новую структуру и отстраивать ее собственный аппарат.

При этом аппарат уполномоченного по правам человека Свердловской области стал удивительно похож на одно из подразделений или администрации губернатора, или областного правительства. Виталий Машков считает это своим достижением и с гордостью сообщает прессе об открытии в области еще одного своего представительства. Правда, за эти "успехи" ему пришлось очень дорого заплатить. Пришлось заплатить еще большим отстранением от той части общества, которая больше всего нуждается в его защите. Пришлось заплатить снижением своего авторитета в среде правозащитных организаций, поставивших его под огонь своей беспощадной критики. Пришлось заплатить почти полной дискредитацией самой идеи института уполномоченного в глазах депутатов, населения, правозащитников. Но главное, за это пришлось заплатить почти полным лишением возможности получать независимую и не прошедшую официальное "сито" информацию.

Отсюда и "удивительные открытия" Виталия Машкова. Оказывается, масштабы распространения чахотки в свердловских лагерях и тюрьмах достигли просто-таки небывалых размеров, и как заявляет Виталий Машков : "Судя по самым первым сведениям, наши тюрьмы и лагеря способны за три месяца умертвить совершенно здорового человека".

Открытие удивительное, но еще более поразительно то, что Виталий Машков говорит вслед за этим: "Мне трудно сейчас назвать какие-либо цифры - наши специалисты занимаются поиском информации". Да информация лежит на поверхности, Виталий Владимирович, стоит только пройти с десяток метров вправо от троллейбусной остановки "Центральный стадион". За этой информацией вовсе не нужно ездить в Париж, Лондон или Нью-Йорк.

Правозащитникам давным-давно известно, что заболеваемость туберкулезом в местах лишения свободы в среднем в 17 раз превышает заболеваемость "на воле", и цифра эта постоянно увеличивается. Так что, - разве изменится что-нибудь, если через полгода ценой невероятных усилий мы уточним эту цифру - до 16, 958 или 17,012?

Здесь важна тенденция, а она хорошо известна и хорошо наблюдаема практически "невооруженным" взглядом. Скажу более, сегодня все разговоры о бедственном положении в местах лишения свободы да и с правами человека в целом, - будь то экономическими или социальными, - носят в устах властей откровенно циничный и наглый характер, поскольку остаются только разговорами, за которыми не следует абсолютно никаких дел.

Пока что у нас самые минимальные проблемы лишь с правами политическими - почти никем не оспаривается наше право на выборы, участие в политической деятельности, создание политических партий и общественных организаций и т.д. Но это заслуга вовсе не нынешних институтов власти или правоохранительных органов, - это почти что единоличная заслуга нашего горячо и всеми любимого Президента.

В остальном же похвастаться просто нечем: почти не остановлена репрессивная машина, оставшаяся нам в наследство от тоталитарного режима, не сделано ничего для реформирования системы МВД, более того, такой вопрос вообще сейчас даже не ставится.

Оказавшись в ведении Минюста, острова Гулага по-прежнему находятся вне зоны общественного контроля, доступа прессы и постоянного присутствия правозащитных и благотворительных организаций. Я уж не говорю о более тонких, "специальных" вопросах - например, необходимости полной ликвидации оперативных служб в местах лишения свободы и особенно в следственных изоляторах. Спецслужб, существование которых, на мой взгляд, является одной из основных причин переполненности СИЗО, приводит к процветанию "пресс-хат" и другого пока неискоренимого "беспредела"...

Или необходимости снять с тюремных окон железные листы (так называемые "зонты"), которые полностью перекрывают дневной свет и свежий воздух в переполненные камеры СИЗО и, следовательно, приводят к еще большей заболеваемости среди заключенных, в том числе туберкулезом.

"Зонты", сущестование которых противоречит абсолютно всем законодательным и правозащитным российским и международным документам, но регламентируется внутриведомственными - секретными (и, следовательно, незаконными) - инструкциями, оспорить которые в суде нет абсолютно никакой возможности, в то время как их снятие не требует от властей практически никаких финансовых или чрезвычайных организационных затрат, на что привычно жалуется руководство ГУИН при малейших попытках провести в этой системе хоть минимальнейшие реформы.

К сожалению, не доходят руки до таких "мелочей" и у нынешнего уполномоченного по правам человека Свердловской области Виталия Машкова, занятого титанической работой по "структурным изменениям российской пенитенциарной системы"...

А ведь это именно тот самый случай, когда первый уполномоченный по правам человека в Свердловской области Виталий Владимирович Машков мог бы по-праву - и с наименьшими усилиями - войти в новейшую историю правозащитного движения России...
Сергей КУЗНЕЦОВ
5 сентября 1999

Пресс-релизы
Письма и обращения
Газетные материалы
Радиорепортажи
Cвидетельства очевидцев
ДЕЛО КУЗНЕЦОВА - СТЕНОГРАММЫ, ДОКУМЕНТЫ, КОММЕНТАРИИ  -  Десятилетней давности дело независимого свердловского журналиста времен заката горбачевской перестройки - приобретает совершенно новый аспект в свете продолжающегося "дела Андрея Бабицкого", мучительной агонии независимой российской прессы и возрождения чекистско-стукаческого духа на фоне неумолимого заката российской демократии после выборов 26 марта 2000 г.
2000 ОКПЗ Екатеринбург